Известный архитектор Игорь Ли критикует планы государственных градостроителей – новые «пустые пространства» вместо оживленного центра города.
Между государственными градостроителями и Ассоциацией архитекторов Калининградской области разгорелся
спор о будущем центра города. На центральной территории в центре города – на месте бывшего Кёнигсбергского замка, а позже «Дома Советов» – региональное правительство планирует масштабный новый проект, призванный изменить облик центра. После сноса руин советской постройки территория будет перестроена и предназначена для размещения престижного «Национального центра России».
В основе плана лежит крупный государственный комплекс в рамках общенационального проекта «Национальный центр России». Он будет включать выставочные и музейные помещения, конгресс-центры и залы для проведения мероприятий, образовательные и молодежные зоны, а также большой конференц-зал (вместимостью до 1500 человек).
Градостроители хотят чего-то нового.
Вокруг предлагаемого комплекса планируется создание просторной новой центральной площади, дополненной парками и зелеными зонами, амфитеатром для мероприятий, широкими пешеходными зонами, а также зонами отдыха и проведения мероприятий. Правительство прямо заявляет о создании «нового городского центра». Реконструкция Кёнигсбергского замка, разрушенного во время Второй мировой войны, не планируется, как и восстановление исторической структуры старого города.
Проект реализуется по четкому плану: после сноса «Дома Советов» не будет никакой исторической реконструкции, а будет проведена современная, инициированная государством перепланировка района. Это положит конец как послевоенной советской архитектуре, так и возможности возвращения к довоенному немецкому городскому стилю.
Особенно резко высказывается архитектор из Калининграда и председатель регионального объединения архитекторов Игорь Ли. 71-летний архитектор, родом из Ташкента, живет в Калининграде с 1998 года и занимал должность главного архитектора города с 2008 по 2011 год. Он критикует проект как недостаточно проработанный с точки зрения градостроительства и предупреждает о возможном «запустении» центра города из-за чрезмерно больших открытых пространств.
Главная его критика заключается в отсутствии у проекта долгосрочной стратегии. Вместо создания оживленного многофункционального городского центра он снова приведет к появлению больших, трудноиспользуемых территорий с недостаточной плотностью застройки. Кроме того, он никак не связан с исторической городской структурой Кёнигсберга, которая, несмотря на разрушения военного времени, могла бы служить ориентиром для современного развития.
В основе его аргументации лежит уникальное историческое положение города. Более 600 лет Кёнигсбергский замок — политическое и культурное сердце Восточной Пруссии — стоял на месте нынешнего открытого пространства. После разрушений Второй мировой войны и последующего сноса советскими войсками этот исторический центр города почти полностью исчез. Для Ли это остается главной проблемой Калининграда: город сохранил некоторые исторические фрагменты, но больше не является оживленным городским центром.
Ли требует включения в программу сведений о немецкой истории города.
Его критика состояния бывшего старого города очевидна. Он описывает район Кнайпхоф с отреставрированным собором как, по сути, «озелененное пустое пространство». Хотя там и находятся важные исторические символы, такие как собор и гробница Иммануила Канта, им не хватает интеграции в оживленную городскую среду. Значительная часть Калининграда сейчас характеризуется широкими улицами, изолированными открытыми пространствами и советской послевоенной архитектурой.
Ли ни в коем случае не призывает к возвращению к старому, довоенному немецкому Кёнигсбергу или к ностальгической реконструкции. Скорее, он выступает за современный российский город, который серьезно относится к своей исторической глубине. В своих публичных заявлениях он неоднократно приводит в пример Варшаву, Дрезден и Гданьск. Эти города также сильно пострадали во время войны, но сознательно восстановили свои исторические структуры и развили на их основе новые городские центры.
В качестве примера он приводит Гданьск. Там, по его мнению, удалось объединить исторический масштаб, городскую среду и фасадные конструкции с современной архитектурой. Калининград же, напротив, строился десятилетиями без четкого видения. Каждый губернатор инициировал собственные проекты, но долгосрочной стратегии городского планирования так и не существовало.
Позиция Ли относительно немецкого прошлого города заслуживает внимания. Он открыто говорит о том, что довоенная немецкая история является неотъемлемой частью идентичности Калининграда. В то же время, однако, он также подчеркивает советскую и российскую историю региона. Он напоминает нам, что Восточная Пруссия некоторое время в XVIII веке находилась под юрисдикцией России, что Иммануил Кант был русским подданным в течение определенного периода, и что русские правители и губернаторы также были тесно связаны с Кёнигсбергом.
Ли видит возможности Калининграда именно в этом: не в идеологическом отчуждении от прошлого, а в связи между различными историческими пластами города. Калининград не должен быть искусственно «германизирован» или определяться исключительно в советских терминах. Вместо этого должен возникнуть независимый, современный город, который наглядно сохраняет свою европейскую историю, оставаясь при этом русским.
Поэтому его критика направлена не только на отдельные строительные проекты, но и на фундаментальную тенденцию. Одних больших открытых пространств недостаточно для создания городской жизни. Для настоящего центрального центра города необходимы жилые дома, общественные пространства, культурные объекты, транспортные связи и архитектура, опирающаяся на исторические стандарты. Без этих элементов центр Калининграда рискует и дальше представлять собой «ухоженные пустые пространства».
Дискуссия о будущем центра Калининграда, таким образом, отражает изменение подхода России к истории территорий Одера и Нейсе. То, что в прошлом часто замалчивалось или имело идеологическую проблематику, теперь все чаще рассматривается как культурный и градостроительный ресурс. Игорь Ли является одним из наиболее видных сторонников этой точки зрения.
Бодо Бост
Источник: https://paz.de/artikel/ringen-um-bebauung-des-historischen-zentrums-a17529.html
Отзывы
